Змей Горыныч о трёх головах.

Танечка сидела на открытой веранде и раскрашивала картинки в книжке сказок. Лэди спала крепким сном у её ног. Было тепло, и Танечку немного разморило на солнышке. Последняя картинка, которую ей надо было раскрасить, была о сказке про Змей Горыныча и богатыря. Танечка уже раскрасила богатыря и задумалась каким бы цветом ей раскрасить Змей Горыныча. “Надо бы его раскрасить зелёным цветом, он же всё-таки змей, но чего-то мне не хочется его зелёным красить,” – думала она, - а может мне его сделать красным? Нет, красный очень яркий и жёлтый яркий, и синий, а серый никакой... Каким же цветом мне тебя раскрасить, а, Змей Горыныч? – спросила она у рисунка, уже скорее сквозь сон, чем наяву. – А ты меня серебрянной краской раскрась! - Раздалось из-за её спины сразу тремя разными голосами. Танечка мгновенно проснулась и обернулась посмотреть, кто же это с ней разговаривает. Какого же было её удивление, когда она увидела сидящего на стуле Змей Горыныча с тремя головами. Он был очень похож на Змей Горыныча, которого она собиралась раскрасить.
Только, если в книжке у Змей Горыныча все головы были одинаковые, то у сидящего перед ней, они были разные: две головы мужские и между ними женская . Танечка была настолько поражена, что ущипнула себя за ногу, так ей бабушка говорила надо делать, чтобы убедиться, что не спишь. Если щипок почувствуешь и то, что привиделось исчезнет, значит спала. Щипок Танечка почувствовала, а Змей Горыныч никуда не исчез. Сидел себе и улыбался тремя разными улыбками.
- Как тебя, девочка, зовут? – спросила Танечку средняя -- женская голова.
- Танечка, а вас? – в полном замешательсве спросила она в ответ.
- Меня -- Миша Горыныч правый, - сказала правая голова, и чуть-чуть покраснела, застеснявшись.
- А меня -- Инна Горыновна, - сказала женская голова, которая раскачивалась на длинной шее, - запомни это имя, девочка, тебе не раз ещё придётся его услышать. -
Третья голова восторженным голосом начала кричать о том, что она всегда мечтала познакомиться с Танечкой и, что наконец-то эта мечта сбылась, и что Танечка прекрасная девочка, и что всё кругом превосходно и изумительно и в конце-концов, когда Танечке это уже надоело, она наконец представилась:
- Миша Горыныч левый. -
- Как, тоже Миша, а почему левый? – изумлённо спросила Танечка.
- А что удивительного, мы всё-таки один Змей, надо же хоть как-то отличаться, - сказал правый Миша.
- А как же так получилось, что у вас три головы и все разные, - спросила Танечка, - я ни в одной сказке такого не встречала. –
- Да знаешь, отравляющие вещества кругом, воздух загрязнённый, продукты с пестицидами, пожрать нечего, короче смутировали мы... То есть я, - сказал Миша правый.
- Простите, что сделали? – в полном замешательстве спросила Танечка.
- Она не знает, что такое мутация, - прошептал Миша правый на ухо голове Инне.
- Счастливый ребёнок, она не знает, что такое мутация, - наклонившись к Мише левому, в свою очередь сказала та.
- Ура! Хоть один счастливый ребёнок на свете, который не знает, что это такое! – возбуждённо закричала голова Миша левый, потом вдруг погрустнела и добавила, - честно говоря, мы и сами не знаем, что это такое. Просто когда нас увидели, то нам так сказали, то есть мне. –
- Ты, когда подрастёшь, в школе выучишь, ну и нам расскажешь, то есть мне, - сказала голова Инна.
- А скажи, как правильно надо говорить про нас, то есть меня, нам или мне, а то мы, то есть я, всё время путаемся, то есть путаюсь, - спросил Миша правый, - вроде я один, а в то же время нас трое. -
- Не знаю, наверное всё равно как, лишь бы вам понятно было с кем, когда говоришь. Бедненький, как же вы так живёте-то, с тремя разными головами? – с жалостью в голосе спросила Танечка.
- А что? Совсем неплохо живём, то есть живу, - поправил себя Миша правый, - я рыбалку люблю, очень. С удочкой посидеть в тишине..., - здесь он как-то странно покосился на Мишу левого, который тут же заорал: - с удочкой – это здорово! У озера или у реки, в хорошую погоду! Сидеть! Ловить! Сплю и вижу, когда мы опять полетим! –
- Всё бы хорошо, если бы рыбу некоторые не распугивали, - продолжил Миша правый.
- Да! – заорал Миша левый, так громко, что Танечка закрыла уши руками, - а некоторые распугивают рыбку! И она не ловится! Всё равно сидеть на берегу, это прекрасно! –
- А я петь люблю, - сказала голова Инна, - знаешь такую песню? – и она запела:
От улыбки станет всем теплей,
И слону и... -
- Даже маленькому Мишке!, - подхватил Миша левый, а правый поморщился и спрятал голову под крыло.
- Ну вот, опять сбили, - сказала голова Инна, с грустью глядя на Мишу левого.
- Не дают петь! Сбивают! – радостно закричал тот, - а вообще я грибы люблю: мухоморы, поганки разные, ложные лисички -- это мои любимые, со сметаной и картошкой. –
- Так их же есть нельзя, - со страхом сказала Танечка, - они же ядовитые. –
- Вот ты ему это и объясни, - кивая на Мишу левого, сказала голова Инна, - а то он ими объедается, а у меня живот после этого болит. -
- И у меня болит, у нас один живот на всех, - вылезая из-под крыла, сказал Миша правый.
- Подумаешь, живот болит, зато грибы поели! Да нормальные грибы мне в лесу не попадаются. Тяжело с тремя головами по лесу ходить, в деревьях путаешься, за ветки цепляешься, вот и собираешь, что попало, - с обидой проворчал Миша левый.
- Не надо грибы ядовитые собирать, пожалуйста, - попросила его Танечка, - давайте я вас лучше чем-нибудь угощу. Вот вы сладкое любите? –
- Ещё бы! Мы, то есть я, уже неделю ничего сладкого не ел! – закричали все три головы разом.
- А что у тебя есть? – спросила голова Инна.
- Есть мороженое шоколадное, конфеты разные, печенье и торт. А пить есть чай с вареньем или мёдом и квас, вы что хотите? -
- Да ты всё тащи, потом разберёмся! – заорал Миша левый.
- Ты ему много не давай, - сказал Миша правый, - а то он всё слопает. А у нас, то есть у меня, опять живот будет болеть. –
- Ты иди, неси, - сказал Миша левый, - не слушай его. И чай с мёдом неси тоже, и варенья побольше. И квас не забудь, квас! –
Танечка побежала в дом и начала вынесла всё сладкое, что в доме было. Горыныч ел всеми тремя головами, запивал чаем и громко радовался, что ему наконец-то удалось поесть сладкое. На его вскрики проснулась Лэди, и не понимая, кто перед ней, начала злиться и лаять, думая что Танечке грозит опасность. Змей Горыныч бросил кушать и, в испуге, взлетел в воздух.
Пока Танечка успокаивала собаку, Горыныч порхал над верандой и на разные голоса кричал ей вниз. Миша правый просил убрать собаку, Инна наоборот хотела спуститься, чтобы с ней познакомиться, а Миша левый на всё небо горевал о том, что ему не удалось доесть восьмой кусок торта, облитого вареньем с мёдом, и что Лэди может этот кусок доесть за него. Наконец Лэди успокоилась и села возле Танечкиных ног, всё ещё с опаской поглядывая на спустившегося Змей Горыныча. Правда видя, что ничего плохого Змей Горыныч её хозяйке не делает она, совершенно успокоившись, легла опять спать.
Наконец, когда Миша левый наелся сладким и начал, прикрывая рот крылышком, тихо позёвывать, голова Инна сказала, что неплохо было бы и походить, чтобы не потолстеть.
- Пойдём с нами, Танечка, то есть со мной. Мы тебя покатаем, то есть я. Ну вот, опять запутались, - сказали Танечке все три головы вместе. Конечно же Танечка обрадавалась, она только попросила посадить её на копки-баранки. Так её бабушка говорила, сажая на плечи, когда Танечка была ещё совсем маленькая.
- Плечи у нас одни, то есть у меня, - заорали все головы разом, - садись! -
И они пошли гулять по лесу, распевая во все четыре горла разные песни и ломая деревья на своём пути. А потом, когда солнце начало садиться, Змей Горыныч вернулся к Танечкиному дому и попрощался с ней, пообещав прилететь ещё. Правда улетел он только после того, как Миша левый съел ещё три пирожных и шесть шоколадных конфет, а Инна Горыновна спела ещё четыре песни. Миша правый на прощанье поцеловал Танечку в голову и пообещал, что обязательно возьмёт её с собой на рыбалку, но только тогда, когда Миша левый будет спать, а то с ним они никакой рыбы не поймают.
Змей Горыныч улетел. Танечка помахала ему на прощанье, а потом села за стол и раскрасила Змей Горыныча в книжке сказок в серебрянный цвет.

Сopyright@2007, Oleg Gritsevskiy
При полной или частичной перепечатке,
согласие автора обязательно.