Ку-ку.

Весь бред

Эпиграф
Юра-а-а-а!! Юрочка-а-а-а!!!

Так вы спрашиваете меня, почему у меня всё лицо в синяках да и сам я весь избитый. Щас щас расскажу, только не торопите меня, дайте отдышаться. Ты наливай пока, чего ждать то? Так вот... .
Это было вчера... или... или позавчера, я не помню точно да это и не важно... . Вчера случилось... точно вчера... . Ну чего ты? Наливай давай, видишь у всех глотки пересохли. Так вот... пришёл я значится с работы – с собрания – как обычно поздно. Ну не просто поздно, а очень поздно, то есть совершеннейшая ночь, мрак. (Кх! Кх! Что это там в глотке застряло? Ты не наливал что-ли давно? Давай быстро по одной!)
Так вот, о чём это я? А да – мрак, ночь. Жена верная спит, тихохонько посвистывая в две ноздри – как и должно быть, у меня это строго, чтоб ты знал! Я, без единого шелеста, стараясь даже не дышать в жейнину сторону, разделся возле своей половины кровати, отогнул одеяло и только собрался было лечь, как вдруг слышу мужской хриплый голос:
- Ты что, идиот? Ничего не видишь? Хочешь улечься прямо на меня? -
Я так и остолбенел, стоя спиной к кровати с одной поднятой ногой.
- Что за чертовщина? - думаю: Это ещё кто? Чтоб моя Нюрка? При живом-то муже? Да ни за что! Может я не туда попал, а? Может это не мой дом? –
Я так стоял и думал минуты две. Затем набрался храбрости и... жёстко так, но не поворачиваясь:
- Ты кто? –
А в ответ спокойненько так, с ленцой:
- Да я это. –
Тут уж я резко так поворачиваюсь... и точно... я это! Я – и не о чем говорить. Я – и точка.
- Ладно, - думаю: - Глюки наверное. Бывает же. –
Я себя за зад ка-ак ущипнул, (вот синяк смотри, смотри. Видишь какой синий. Ты наливай давай, а то синяк, что-то опять разболелся). Ни фига, от щипка чуть не взвыл, а глюк, то есть я, на месте с моей женой лежу и с нагленькой улыбочкой на меня гляжу.
Я говорю, тихонько так, чтоб жену не разбудить... . А чтоб вы знали моя жена – чистый зверь – если я что не по ней сделаю сразу же в меня что-нибудь летит. И нет чтобы чем-нибудь лёгким запустить, подушкой там или губкой для мытья посуды на худой конец тапочком, так нет: утюг, сковорода, скалка – любимые предметы, и это после того как все горшки цветочные о мою голову поразбивала. А один раз она в меня даже вазу с цветами швыранула. Знаете, есть такие вазы большие, напольные – в них грузины вино делают. Мы с мужиками её у одного чечмека за трояк на базаре сторговали, на 8 Марта моей подарок. Мы эту вазу ко мне на третий этаж подъёмным краном доставляли. Хорошо у меня дом 3-этажный – крышу пришлось снимать, чтоб её поставить. Я туда гвоздичку бросил, чтоб культурно было, так она там как в бассейне плавала. Нюрок когда с работы пришла, когда эту экибану увидала, чуть чувств не лишилась. Потом всю ночь плакала, от счастья наверное, но ничего не сказала – кремень! Она потом туда берёзку вместо цветка воткнула. Так вот... она эту вазу вместе с водой и берёзкой в меня и запустила. Ваза как Фантом над моей головой просвистела и продырявив несущую стену вылетела в открытое пространство с тех пор её только радары периодически засекают – всё кружит.
Во какая у меня жёнка, а ты, сука, опять мимо меня пронёс, мне двойную надо за такие страсти, а ты!..
... Так вот, я значит, тихонечко так, говорю:
- Давай в другую комнату выйдем, а то жену разбудим и получим от неё вдвоём сполна. –
Так что встал я с кровати и пошёл за собой в прихожую. Иду и думаю про себя:
- Как хорошо я себя понимаю. --
В прихожей у меня зеркало на стене висит. Большое в рост человека и широкое такое – в два.
- Ага, - думаю: - Вот в зеркале мы сейчас всё и увидим. Я никак не смогу сам себя от зеркала спрятать. Сразу станет ясно, кто из нас настоящий Я. –
Я схватил себя за руку и потащил к зеркалу. А я не то чтобы сопротивляться, а даже наоборот сам себя слегка подталкиваю по направлению к ентому зеркалу. Короче, подошли я к нему к зеркалу бишь, а там ещё два меня стоят и о чём-то своём оживлённо так беседуют. И не с той стороны зеркала, а с этой, а вместе с той стороной нас уже 8. Я даже руками всплеснул от такого сюрприза.
- Ну нет, - думаю, - ещё не вечер. Меня так просто не возьмёшь. –
И давай гримасы строить. Мои Я тоже поначалу кривляться стали, но не надолго. Затем они просто смотрели на меня и покатывались с хохоту. Один аж штаны замочил.
Ну я, в общем достаточно быстро устал, поэтому просто улёгся перед зеркалом на пол и задумался. А чтоб вы про всё поняли, у меня на трезвую голову всегда хорошие идеи появляются.
Так вот лежу я и думаю:
- Ну раз меня уже всё равно с этой стороны 4 почему бы одному за поллитрой не сгонять. Как раз по 125 г токо-токо горло промочить, а я получу 500. А я с той стороны своё доберут, в зеркале же я всё равно. Так что мне то и выйдет литр на нос. –
Как арифметика, а? Не зря в школе сидел. Ты наливай давай, торчишь тут!
... Вот эту-то гениальную идею я себе и предложил. Ни один я возражения не имел и один, собрав с меня деньги, даже куда-то пошёл. Только почему-то один из тех – с той стороны.
- Ну ладно, - думаю: - Какая разница. Я тут зеркально своё доберём. –
И от сердца немного отлегло – хоть какая-то польза от моих пребываний в квартире.
Сидим Я ждём когда я с бутылкой приду: 10 минут, 20, полчаса, час – нету, а магазин-то за углом, вам ведь говорить не надо! Через часа 2 смотрю я в зеркало и вижу, что я возвратился без бутылки и абсолютно пьяный – просто в хлам. Но этого мало, я ещё шесть меня за собой тащу, тоже между прочим еле-еле на ногах стоящих. Я так разозлился, что собрался было сам с собой подраться, но вовремя передумал. Действительно, неравный бой получается, слишком меня много – шестеро новых, трое старых, четыре в зеркале, да я итого 15... – ...чёрт меня знает откуда ещё один я появился пока я считал... .
А всё от того, что такие рожи как ты никогда не наливают. Давай, расселся тут, вот моя банка.
... И тогда я принял решение покинуть квартиру!
- Может, - думаю, - они тоже исчезнут. Чего я без себя делать буду? Должен исчезнуть! –
Я, чтобы я за мной не увязались, прокрался к входной двери, открываю... а оттуда штук 20 меня в квартиру, строем прямо по мне, как рота на походе с песней и барабанным боем так и прошагали.
... Ну я немного отлежался, отдохнул перед дверью, думаю:
- Что-то должно быть сделано. Надо меня как-то из дома вытурить. Квартирка-то полуторка – маленькая для такого колличества меня. –
Тем временем в столовой начался гудёж, очевидно от радости, что я наконец-то встретились.
А мне-то не до смеха – я вхожу и как заору что было сил:
- Молчать всем, а то жену разбудим!!! –
Все на меня уставились, а один я, самый наглый, спрашивает:
- А ты-то ещё кто? –
Ну тут я совсем от своей наглости озверел и ещё громче:
- Да я это!!!!!!!!!!!!!! -
Перестарался... . ...Я сейчас-то прекрасно это понимаю – жена проснулась. Я к ней было кинулся:
- Кошечка, это я, Я настоящий. –
Она же вместо того чтобы обалдеть от такого колличества меня – прямиком ко мне и своим крохотным кулачком прямо мне под глаз и засветила, я аж к стене отлетел, да и говорит:
- Ах ты-ж писуар с вермутом, ты-ж весь дом переполошил, аспид! -
Ну как, скажите на милость, она меня из всех меня выбрала?
Я ухо навострил – точно со всех сторон матюгом гонят, ментов грозятся позвать. Краем глаза вижу, что она опять ко мне прямёхонько направляется и откуда-то в руках её скалка уже поигрывает. Я думаю:
- Ой-ой-ой! Дело плохо, надо как-то в толпе скрыться. –
А фиг там, она за мной, как гончая по кровяному следу. Я между мной так и заметался так и заметался. А вокруг я смеюсь, в ладоши хлопаю, ставки ставлю: поймает она меня или нет.
Я на кухню, там по меньшей мере человек восемь меня и ещё пятеро друг друга из-под стола выпихивают. Я в холодильник, там три меня друг у друга закуску выдирают и дверь захлопнули, наверное чтобы моей закуской со мной не делиться. В морозилке двое -- синие уже сырую свинину зубами раздирают и пожирают её покрываясь сосульками. Я в ванную – еле протиснулся – очередь меня помыться, а в душе за занавеской четверо друг другу спинки потирают: из бачка моя нога торчит, а из унитаза голова моя мокрая моими моргалками на меня хлоп да хлоп. Ванная тупик – вход выход один, я слышу жена уже здесь, дышит. Разворачиваюсь и с криком:
- Все за мной!!! –
Прямо на жену попёр. Думаю:
- Толпой проскочу. –
Видишь вот эту шишку на голове. Видишь, а не наливаешь, совсем наглость потерял?
... Как она меня из всех выбрала и откуда у неё сковорода в руках взялась не пойму, я на скалку расчитывал... .
Так, ты налил уже наконец-то? А где это я? Ах да, – прорвался из ванной и в спальню, думаю в шкафу спрячусь. Открываю дверь, а там я на каждой вешалке вишу, висю. Вишу или висю, а? И ругаюсь, чтоб я дверь закрыл, а то дескать холодно. Я глаза закатил, вижу а под потолком я, абсолютно голый, ручками размахиваю и летаю с комариным писком вокруг лампы. Потом спустился и себя за плечо ка-ак цап! Ё-маё как больно – во следы от зубов. Наливай давай, я уж повторять устал.
... После этого я совсем уже того – в угол забился, руками голову закрыл – тут как раз жена подлетела со сковородой... .
... Больше ничего не помню. Утром очнулся: ни жены, ни меня -- никого нет. Совсем один – как четыре танкиста и собака. Быстрее оделся и к вам -- Новый Год встречать. Ну что налили мне уже наконец-то или нет? А то я тут целый вечер языком молотить буду.
Ну выпили, что-ли? Ну с Новым Годом!!! Ах ты-ж, вон они мои я со всех сторон идут.


Сopyright@2007, Oleg Gritsevskiy
При полной или частичной перепечатке,
согласие автора обязательно.